Он шел быстро, едва не срываясь на бег. Он не до конца понимал, что ему делать, но решимость начать действовать была неодолимой. Если его отец настолько слеп что готов сгинуть, то Саллах на подобное не соглашался. Кто-то должен что-то сделать, сберечь жизни людей, сохранить провинцию и если никто не прислушивается к голосу разума, то придется действовать оджному. И вот он спешил в единственное место где чувствовал себя комфортно в детстве, в то место где его никогда не тревожили отец и братья - в библиотеку. Он шел по коридору, ведущему в старое крыло дворца, в самую древнюю его часть, а конкретно в подвалы. Во времена правления его деда, библиотека находилась на пару этажей выше, но отец Саллаха приказал перенести её в подвалы. На прежнем месте теперь находились ещё одни покои, по настоящему царского размаха, в каких не стыдно разместить и самого шаха, реши он явиться сюда с визитом, но вот книги были отправлены сыреть в подземельях. Смотритель умолял мирзу найти другое место, но не преуспел, единственное на что пошёл отец это выделил каменщиков что бы те пробили вентиляцию, да позволил увеличить расход масла для ламп, ибо в подвалах не было окон и дневного света.
Путь был хорошо известен Саллаху и добрался он быстро. Спуск по винтовой лестнице был освещён плохо, но молодые ноги шагали уверенно и через две ступени, ведь времени было очень мало. После лестницы он преодолел коридор, повернул на нужной развилке и упёрся в дверь, в древнюю, дубовую, окованную сталью дверь - то было наследие темницы, бывшего обитателя подземелья, пока её не перенесли в построенную крепость. Дверь, которая скорее походила на створку крепостных ворот, знакомо заскрипела, а когда юноша толкнул её, в нос ударил не менее знакомый запах книг и пыли. Смотритель долго боролся за необходимые для книг условия и даже победил в этой войне, подвалы смогли высушить и вычистить, крыс истребили почти полностью, а плесень скоблили при первом её обнаружении, от чего бесценные тома не пропали безвозвратно.
- Рад приветствовать вас, господин Саллах!
Старик искренне улыбнулся и начал вставать что бы поклониться, но парень оказался рядом с ним быстрее, положил руку на плечо и избавил старика от мучений. Испытывать его спину на прочность было рискованным занятием.
- Я тоже рад вас видеть, мудрейший - с не менее искренней улыбкой ответил и он сам.
- Ох, господин, я ведь просил вас не называть меня столь высоким именем. Я уверенно вам заявляю, что не достоин этого - старик всё же поднялся и склонил голову.
- Не знаю никого более достойного, почтенный Ибрагим. Вы единственный из моих знакомых кто смог прочесть каждую хранящуюся здесь книгу, возможно и несколько раз.
- Хех, уверен мой добрый друг и ваш учитель может оказаться более достойным этого звания. Позвольте узнать, мог бы я рассчитывать на визит Кахрима? Ведь он вернулся с вами?
Улыбка невольно сползла с лица Саллаха.
- Он погиб, Ибрагим, скоро будут похороны.
Старик пару мгновений осмысливал услышанное, а потом как-то хрипло выдохнул, сел обратно и поёрзал в своём кресле.
- Ох и времена…
- Ибрагим, пусть простит меня Кахрим, простите и вы, но у меня к вам очень важное дело и у нас нет времени на скорбь.
- Да, да, конечно, я вас слушаю...
- Смотритель, лишь вы можете мне помочь. Мне нужно оружие, которое справится с мертвыми.
- С какими мёртвыми? - старик непонимающе замотал головой и его длинная седая борода слегка колыхнулась.
- С живыми мёртвыми, в смысле с ожившими мертвецами. Аагхи, слуги Алала.
- Господин, о чём мы вообще говорим?
И тут Саллах понял что придётся потерять ещё немного драгоценного времени. Он рассказал всё, от самого начала до конца, во всех подробностях и всё что только смог узнать о мертвецах сам. Саллах не упускал ни одной детали, описывая даже доспех на гиганте, которого видел с мятежниками и особенно он заострил внимание на имени Фаргута.
- Кое-что я могу сказать вам и сейчас. Царица Фаргута правила с семьсот два... Нет, с семьсот тридцатого года, точнее не помню. Правила она лет десять, после того как захватила власть. Господин Саллах, она была последней царицей Азрабеи, до того как ваши предки завоевали его. С тех прошло почти три века и Азрабея под властью шаха – последнее звучало столь очевидно что Ибрагим замялся.
- Но мятежники творят зло от её имени. Они утверждают, что она вернулась к жизни и требуют преклониться перед ней.
- И вы уверены что эти мертвецы и сама Фаргута… воскресли?
- Я видел как с ними сражались войска моего отца и мои братья – с упорством барана повторил юноша.
- Конечно, конечно. Так чем мне вам помочь? Какое оружие вы хотите найти?
Казалось что старик не очень верит в рассказ, но по доброте своей не показывал этого.
- Знание. Найдите мне всё, любые книги где хотя бы упоминаются живые мертвецы, от Хтабанса до сказок Тысячи Ночей. А самое главное, мне нужны книги где написано, как их убить и желательно навсегда.
Старик молчал и обдумывал услышанное, его усы шевелились. Саллах терпеливо молчал, смотрел и ждал старика.
- Я думаю это возможно. Дайте мне несколько дней, я сообщу когда соберу всё необходимое.
- Нет, это нужно сделать быстрее. Книги нужны мне самое позднее к утру. Завтра я отбываю из города и они мне нужны.
- Но…
- Я распоряжусь что бы вам выдали помощников. Простите Ибрагим, мне нужно бежать, надеюсь пообщаться после моего возвращения.
Он улыбнулся, быстро подошел и обнял сидящего старика, а потом так же быстро пошел обратно, не давая библиотекарю опомниться.
***
- Саллах!
- Закир бек!
Саллах нашел назымана на заднем дворе храма, тот закатал рукава и возился с каким-то кустом, скорее всего только что посаженным. Юноша глубоко поклонился, а старик благодушно улыбнулся. Назыман Закир, настоятель главного храма, был пожилым мужчиной, низким и очень худым. Голова его была совсем лысой, а борода седой, одет он был в привычный белый халат, а лысину накрывал такой же белый тюрбан. Саллах никогда не видел на нем каких-либо украшений и на сколько слышал, жил старик весьма скромно, от чего пользовался вполне заслуженным уважением среди народа.
- Я слышал о твоем возвращении и надеялся увидеть тебя на утренней молитве.
- Простите, боюсь вы не увидите меня и на вечерней. Завтра я покину город и мне нужно успеть слишком много.
Старик с некоторым трудом поднялся на ноги, не спеша подошел к тазу с водой и омыл свои руки, покрытые старческими пятнами. Саллах терпеливо ждал пока старик вытирал руки, а потом наливал им воду из кувшина.
- Говори Саллах, я слушаю – произнес он, подавая пиалу юноше.
- Вы ведь знаете что произошло? – Саллах мялся и не понимал с какой стороны подступиться к разговору. Старик кивнул.
- Я про…
- Мертвецов? – помог ему Закир и Саллах выдохнул, дальше разговор должен был пойти легче.
- Да назыман. Об этом, наверное, весь город говорит – юноша неловко улыбнулся и старик снова кивнул.
- Мой отец не поверил мне, он считает что в провинции обычное восстание.
- А оно не обычное?
Саллах поперхнулся водой и недоумённо уставился на назымана.
- Я бы так не сказал. Восстание это, или мятеж, но если в их строю сражаются мертвые то до прихода тринадцатого пророка остался лишь шаг.
- Саллах, думай прежде чем говорить подобное в храме. Нет – он поднял руку и не дал себя перебить – пойдем пройдемся.
- Ведь я знаю тебя с рождения – начал назыман вышагивая по тропинке среди цветов – Я присутствовал при твоем имянаречении и лично делал тебе обрезание.
- Закир бек! – парень покраснел до корней волос, но назыман продолжил.
- Сейчас ты вырос, ты хочешь доказать отцу что чего-то стоишь, доказать что ты мужчина не только по возрасту, но и по делам твоим. Тебе кажется что мир стоит на пороге гибели, но восстания были всегда. И в Атраване, и в Азрабее, и во всех землях под солнцем. Некоторые были успешны, другие нет, но мир продолжает жить волей Его. Есть ли в их армии мертвецы, или то морок колдуна, но твой отец предпримет всё что необходимо.
- Назыман, но я не могу бездействовать! И не важно как отец относится ко мне, или к восстанию, или что он предпримет, я буду бороться с этим злом! А я видел, что это зло делает с теми кто попался им в руки!
Закир даже остановился выслушивая эту тираду и он улыбался.
- Ты действительно уже не тот мальчик что больше любил книги, чем саблю. И как же ты хочешь бороться с этим злом?
- Используя все возможности. Боюсь я лично убедился, что простой сталью здесь можно и не справиться, а отец просто собирает армию, потеряв первую!
- Я благословляю тебя на твою борьбу, раз уж ты так решителен, но говори же, что ты хотел найти здесь?
Саллах набрал воздуха в грудь и выдал всё скороговоркой.
- Мало кого в городе уважают сильнее вас. Я хочу, что бы вы донесли людям вести, но так что бы сплотить их на борьбу, а не посеять панику! Я хочу, что бы они знали что мирза сражается за их жизни и не с простыми людьми, а с порождением Алала! Я хочу, что бы все улле проповедовали на улицах и рассказывали что мятежников ведет мёртвая ведьма, поднявшая армию мертвецов! Вот что мне нужно от вас.
- Допустим это в моих силах, но твой отец будет не доволен этим. Полагаю, в его интересах поднимать как можно меньше шума.
- Закир бек, мой отец всегда недоволен, поверьте мне, но это нужно сделать. В городе слишком много недовольных и слишком много азрабеев и если недовольные азрабеи примкнут к мятежу, то недовольство моего отца будет наименьшей проблемой. Нужно убедить всех, что их ждут муки Бездны Алала за поддержку мятежников, ибо это есть грех!
- Я не буду тебе этого обещать, но я подумаю над твоими словами.
- Большего я и не прошу.
***
Солнце едва перевалило за полдень, а он уже устал, но нужно было сделать еще кое-что. Он преодолел холм почти галопом, спрыгнул с коня у самих мраморных ступеней и бросил поводья первому попавшемуся на глаза слуге. Он взбежал по гладким ступеням, пробежал мимо поста стражи, собирался пересечь огромный зал, но увидел знакомую фигуру.
- Исмир! Подожди! – эхо отразилось от купола зала и круга мраморных колон.
Тарган шел с каким-то очередным поручением, что было неудивительно, завтра он возглавит отряд который сопроводит Саллаха в Куджалу и дел у него должно быть много. Он сбавил шаг и позволил себя догнать, но не ответил.
- Исмир, что предпринял мой отец? Он ничего мне не рассказал, кроме того что собирает ополчение.
- А что конкретно юный господин желает знать? – спросил он на ходу.
- Всё. Он сообщил шаху о восстании? Он попросил помощи? – спросил парень догоняя таргана, но тот остановился как вкопанный.
- Что? – Исмир огляделся по сторонам, но в зале были лишь слуги и им не было до них дела – Ты в своём уме? Если твой отец сделает это, он признает что не может справиться с обычным восстанием в этих землях и шах сместит его. Ты этого хочешь?
- Нет, не хочу, но это не обычное восстание! Ты! Ты же был там! Ты знаешь что Фаргута и ее армия мертвецов реальны!
- Не знаю! – он с яростью схватил Саллаха за предплечье и тряхнул – И ты не знаешь! И никто не знает! Это обычное восстание и с той стороны сражаются обычные люди! Может быть там и есть нечисть, но это еще не конец мира, парень! Я видел как черные колдуны призывали души умерших и как мертвые шевелились в саванах, видел я и мороки насланные для обмана, но то дела привычные и с ними можно бороться!
- Исмир, шаху нужно сообщить, иначе будет поздно…
- Не тебе это решать! – зашипел он в лицо, печатая каждое слово.
- У меня много дел, господин, мне нужно идти. А вы – он пожевал губы подбирая слова – не наделайте глупостей.
Саллах кивнул, проводил воина взглядом и ушел. Ушел делать глупости.
***
Он ругнулся сквозь зубы, когда едва не опрокинул чернильницу, но всё же обмакнул перо и начал писать. Его немного трясло от волнения, а волновался он от одной мысли кому решил писать это письмо.
"Моему господину и повелителю, великому шах-ин-шаху, владыке всего Атравана и всех земель его, от его вернейшего слуги, Саллах ас'Саир ибн Фахир..."
Пришлось обмакнуть перо что бы поправить имя и рука замерла. Правильно ли он поступает, не приведёт ли его поступок к ещё большим бедам. А если его отец прав и восстание удастся подавить? Тогда Саллах потревожит самого шаха по такому пустяку и навлечет на себя гнев отца, а что ещё хуже и самого шаха. От этой мысли он поёжился. Но что, если Саллах прав и его отец, из-за своей гордыни, погубит всю провинцию, тогда шах разгневается куда серьёзнее и прикажет повесить всю их семью. Из-за бездействия, или просто от злости, нужна ли повелителю причина, замену на пост мирзы такой провинции он всегда найдёт. Он поёжился ещё раз. В обоих вариантах развития событий, лично ему хороший исход не предусматривался. Если только... Если только его отец не потерпит поражение, а войска шаха явятся и наведут порядок, ведь Саллах не смолчал и своевременно предупредил повелителя.
- Бред! О чем я вообще думаю - и он продолжил письмо, ведь если решил действовать, то отступать поздно. Нужно известить шаха о происходящем, нужно рассказать об армии мёртвых что убивает его подданных, нужно просить помощи, в конце концов.
«В вверенной вами провинции... Извещаю вас... Покорнейше прошу прислать войска» - он писал и писал, излагал всё что требовалось сообщить и просил всё, что необходимо попросить. Когда он закончил, на его лбу выступил пот. Он придержал свиток и дал просохнуть чернилам, а потом неуклюже начал его сворачивать, помогая себе культёй, оставалось самое главное - придумать как доставить письмо. В дверь постучали и Саллах подпрыгнул на месте. Он поспешил спрятать письмо в ворохе бумаг и разрешил войти. Первой вошла Амира и несла она стопку книг, за ней вошло два раба с такими же стопками, завершал процессию Ибрагим.
- Здесь всё, что просил господин. Я уверен, что в нашем хранилище больше нет книг, где хотя бы упоминаются ожившие мертвые.
- Спасибо, Ибрагим, это очень поможет. Амира, оставьте нас одних.
Служанка вывела рабов и Саллах достал свиток. Старик выжидающе смотрел.
- Ибрагим, мне некому поручить одно важное дело и я хочу просить вас. Помогите мне еще и с этим – юноша потряс свитком и передал его.
Библиотекарь с подозрением развернул пергамент и сощурился, силясь прочесть, а когда прочел его глаза расширились.
- Если вы это пишите, значит ваш отец этого не сделал. Если здесь нет его печати, значит вы писали письмо в тайне.
- Да, но мне некому доверить доставку письма.
- Но господин…
- Ибрагим! В наших руках судьба не только Хазараспада, но и всей Азрабеи! Мы должны – он сделал ударение на это слово – сообщить шаху. Любой, кого я могу попросить, немедленно донесёт отцу, верить я могу лишь вам.
Старик, и без того бледный, побледнел еще сильнее. Он сглотнул, нашел глазами стул и сел, Саллах умоляюще смотрел ему в глаза. Пауза длилась неприлично долго, но старика нельзя было торопить и он принял решение.
- Я сделаю это. Я найду способ отправить письмо.
- Спасибо, я не забуду этого. А теперь покажите какие книги вы мне принесли.
Приветствие
Новые сообщения
Нет новых сообщений
Форум закрыт
