Туз в рукаве

С приближением полночи, как ни странно, в городах менее безопасно, чем на просёлочной дороге или в прилеске, близ тракта. Именно в города стягиваются люди и нелюди, с целью найти приют и работу, начать новую жизнь или продолжить старую, пригреться, а некоторые и поживиться чужим добром. В городе проще затеряться среди множества жителей, легче замести следы. Здесь всегда в обороте монеты, перетекают из одного кошелька в другой, притягивая своим звоном тех, кто алчен до чужого злата. Один из таких шельмецов сейчас быстро перебирал короткими ногами, стремительно удаляясь от трактира, из которого выскочил с видом, явно выдающим в нём шельму.

Тусклые круги света от уличных фонарей выхватывали низкорослую коренастую фигуру из темноты переулка, а серые с золотистым вкраплением, густо подведённые черным, глаза, с прищуром наблюдали за коротышкой. Сперва ухватившись за силуэт взглядом, как за единственный появившийся и движущийся объект в поле зрения, потом с любопытством, а еще секундой позже глаза широко раскрылись, зажмурились в неверии и снова распахнулись. Терпкий табачный дым был торопливо развеян лёгким движением ладони, а самокрутка из табачного листа с шипением была потушена в лужице между черепиц, не успевшей просохнуть после полуденного дождя.

Вскочив во весь рост, придерживаясь за оконную раму мансардного окна, выходящего на крышу, наблюдательница проследила примерную траекторию так сильно знакомого незнакомца и нырнула в окно, в темноту комнаты. Спустя мгновение снова показалась на крыше в облачении плаща и тенью метнулась следом за шустрым коротышкой, отследить направление которого помог его жизненный след.

Этот нестандартный для городских обывателей путь по крышам, казалось, был знаком девушке, поскольку стопы ловко избегали шаткие черепицы и создавали под собой минимум шума. В проулке между домами фигура, не прерывая незримой погони, спрыгнула вниз, взметнув полами темного плаща, ловко съехала по сточной трубе и по-кошачьи мягко приземлилась на каменную кладку тротуара. Усиленный магией слух и чутьё уловили быстро движущееся в её сторону объекты и девушка отпрянула в тень проулка, продолжив погоню секундами позже, когда мимо промелькнуло несколько силуэтов. Опираясь теперь только на усиленные магией чувства и хорошо зная, как можно срезать путь в обход преследователям коротышки, девушка быстро пересекла улицу и юркнула в узкий проход меж домами.

Оказавшись загнанным в тупик, полукровка Брадр иронично вздохнул и не спеша развернулся к настигнувшим его преследователям. Его взору предстали всё те же лица из подполья кабака из-за карточного стола: двое доходяг, сомнительного вида, один тощий и хромает после удара Брадра по ноге, второй коренастый толстяк, не совсем жирдяй, но крупный, и, к сожалению гнома, с большими кулаками.

Брадр уже было готовился получить тумаков, намереваясь и сам парням ответить хорошей сдачей, как вдруг сверху на преследователей упали бельевые верёвки с кучей белья, сушившегося на них. В следующий момент рядом с Брадром негромко приземлилась фигура в плаще и, крепко схватив гнома за одежду на плече, рванула за собой, на ходу пнув хромого, который завалился на толстого. Картёжники ругаясь и отмахиваясь, пытались выпутаться из вороха тряпья, отвесив друг другу пару случайных подзатыльников. А гном крякнул напоследок и выдавив из себя нечленораздельное ругательство, унёсся прочь со своим спасителем, оставляя возню и грозные возгласы с угрозой расправы за спиной.

Быстро перебирая короткими ногами Брадр опустил взгляд на руку, держащую его за ворот и отметил по руке, что спаситель его определенно женщина, следом он обратил внимание на выбившийся из под капюшона плаща, белокурый длинный хвост. Сложив два плюс два он  поймал себя на невозможной мысли - “неужели!”.

Пробежка оказалась стремительной и недолгой, скрипнула дверца и они оба скрылись за ней. Оказавшись в тускло освещаемом с улицы через щели в ветхой деревянной двери помещении, Брадр подтвердил свои догадки. Его спасительница скинула капюшон и прильнула к двери, глядя в щель, чтобы исключить возможную слежку. Это была Эрика, и хоть было темно, он не мог обознаться. Гном собирался что-то сказать, но Эрика, убедившись, что они успешно улизнули от погони, отпрянула от двери и стиснула Брадра в крепких объятиях, выпалив радостным шепотом:

— Жив, старый пройдоха!

Брадр тупо глядел на неё с минуту.

— Че за!.. — громко воскликнул он, но тут же замолк, резко обернувшись, с опаской глядя на дверь и продолжил уже шепотом, — Че за херня?! Я же и вы тоже! Я искал! А потом.. и нигде не было.. и это. Уже того, попрощалси.

Теперь он обнял девушку.

— Жеваный крот… сколько прошло времени.

— Немыслимо! — громким шепотом ответила ему Эрика. В темноте блеснули жёлтым изменённые магией для ночного видения глаза.

— Я думала, мне показалось, не поверила сперва! Как ты смог выжить? Ты же пал… впрочем — поспешно оборвала себя, понимая, что не место и не время сейчас для разговоров, — Расскажешь мне всё после. Нам надо в безопасное местечко, я такое знаю, идём. Смотри под ноги.

— Стой, погодь! А бледный? — потянул он ее за рукав.

Эрика обернулась и улыбнувшись своим мыслям, тут же нарисовав в памяти любимое лицо, подавила смешок, на подобную кличку для Брэма и тихо ответила Брадру:

— Бледный в порядке, не переживай.

Гном довольно хмыкнул, удовлетворённый ответом и осмотрелся. Помещение напоминало собой заброшенный склад, тут и там валялись останки погнивших ящиков, битое стекло. Было похоже, что тут могла собираться местная шпана или мелкоколиберные бандюки, судя по бутылкам и составленным для сидения уцелевшим коробкам, поэтому он разделял желание Эрики поскорее отсюда убраться. Девушка быстро провела его по этой разрухе, похоже она хорошо ориентировалась в местных злачных местах, и как следует навалившись на дверь, открыла путь на задний двор, поросший бурьяном.

Полукровки пробрались через колючий кустарник, хватающий их колючками за одежду и оказались у невысокого забора. Невысокого для Эрики, который она уже было хотела перемахнуть, но вспомнила, что с неё Брадр, которому забор до самого носа. Девушка почесала затылок и издав беззвучное “О”, воздела палец вверх. Пройдясь вдоль забора она потеребила несколько досок и найдя нужную, отодвинула её в сторону, изобразив для гнома приглашающий жест в образовавшийся проход.

Брадр недоверчиво поглядел на прореху в заборе, затем на свою спутницу, после обернулся назад, скорчив недовольную мину означавшую нежелание встречаться с прилипчивыми и жадными! картёжниками, после чего целеустремленно полез в проем. Просунув сначала правую руку, затем голову, которые прошли без проблем, Брадр стал протискиваться через узкий лаз целиком. Помогая себе рукой и изо всех сил отталкиваясь ногами от земли, гном какое-то время уверенно втискивался в проём, но…

— Э, слушай, подруга…— гном заерзал пыхтя. Он подался вперёд и назад, но не двигался ни в одном направлении.

— Кажись я застрял.

Прекрасная ночь, тихая, облачная и крайне спокойная начиналась для Рика с поисков полезностей в отходах алхимической лавки. Миттенпортские зельевары настолько зажрались, что порой выкидывают невообразимо ценные вещи и реагенты просто так!

В иной раз крысоморф бы не утруждался и купил необходимое, но мошна прохудилась, а запасы оборотного зелья подходили к концу, потому оставалось только прятаться и втихую шариться на помойке… унизительно, зато эффективно и дёшево.

Рик уже аккурат распихивал по своей сумке ведьмин мох из отходов, как услышал за спиной шум. Скрипело дерево забора. В одно мгновение усатый запрыгнул в бочку, но по неосторожности не успел спрятать свой огромный метровый хвост.

Незнакомцы, судя по звукам, пытались перебраться через забор и о чём-то толковали на титланском, но разобрать слова было практически невозможно.

— Идите отсюда, только палева не хватало… — тихо прошипел сам себе крысёныш, но тщетно. Чей-то сапог уже наступил ему на хвост, а потом последовали матюки на всё том же диалекте негантов. Он бы и сам матернулся, но от боли из глаз сыпанули искры, а пасть сжалась в сильнейшем спазме, который не сразу удалось подавить. Хотелось заорать, но это привлекло бы работников лавки, потому подавив порыв он высунулся из бочки и зашипел на незваных гостей:

— Под ноги смотри образина! — выпалил крыс на родном тавантинском.

Покой потревожили девушка и какой-то грузный низкорослик. При виде мутанта, девица тут же выхватила кинжал, а полурослик просто торчал в заборе, отчего интерес представлял минимальный.

— Мы тут не одни — шикнула девица.

“Да, и валите поскорее, пока нас не засекли!” про себя подумал Рик.

— Э! — обращаясь уже к бочке, — не надо крик, мы уходить, — заверила девушка на очень ломаном тавантинском и перехватив кинжал в зубы принялась вытаскивать товарища из забора.

Ответить Рик ничего не успел, потому как забор мерзко затрещал и уже через секунду в сторону крысоморфа полетела и девушка, и её спутник и щепки разваленного забора. Вся эта куча мала естественно разнесла в щепки трухлявую бочку и пару ящиков с колбами в придачу. Разномастные отходы реагентов предательски зашипели, после чего принялись взрываться разноцветными искрами подобно фейерверкам. Грохотало знатно, а пылало это зарево ещё ярче, подпалив и шкуру на левой щеке крысоморфа, и одежду незнакомки и кончик бороды гнома. 

— Дёру! — рявкнул крыс уже на титланском, чтобы его было проще понять, и тут же устремился на четвереньках в небольшой тёмный проход между домами. Скорость он развил нешуточную, но потом затормозил. Он бы с радостью бросил эту парочку приезжих проблем, вот только если алхимики их застукают, эти двое точно расскажут о метровой крысе и потом в этом городе Рику просто житья не будет. Пришлось выручать.

Неестественно быстро вскочив на ноги и с нечленораздельным воплем, гном взвалили девицу на плечо пятой точкой вперёд и бросился за усатым. Уже хорошо.

Женщина так вообще не успела толком понять что происходит, и, пока низкорослик бежал, щёлкала зубами заглатывая слова:

— эй.. ку.. да.. сто.. яять.. ай… ой...

Тем лучше, меньше мешать будет. Рик продолжил побег, оглядываясь назад. чтобы убедиться в том, что гном бежит следом. Сам крыс прекрасно видел в темноте, но не мог с уверенностью утверждать того же о гноме или девушке.

— Давай, коротыш, налево — скомандовал он и сам свернул.

— Теперь направо

— Да какого хрена тут происходит?! — на бегу ругался гном, следуя указаниям.

Естественно, Рик его вопрос проигнорировал, не время. Потом успеется и поболтать и глотки друг другу порезать и чего там эти двое ещё удумают. Побег сейчас был важнее всего.

— Вниз! — мутант открыл канализационный люк и держал его открытым для парочки. Низкорослику бы послушаться и прыгнуть, но тот, увидев метровую антропоморфную чёрную крысу, завопил пуще прежнего и бросился в обратном направлении… В принципе, реакция логичная, но не своевременная.

— Назад, дебил! — заорал крыс, — Я помочь пытаюсь!

А со стороны, куда ринулся гном уже послышались крики новых преследователей, в этот раз из алхимической лавки.

Дворф лишь выругался на своём наречии и замер уставившись на Рика.

— Слышь, не вздумай нас жрать!

— После канализации? Точно не буду, сигай, я следом.

— Э, не! Давай сначала ты!

Раздражение на миг заставило мутанта задуматься. Бросить их было бы куда проще, но не слишком уж выгодно в будущем. Подавив раздражение, Рик многозначительно посмотрел на металлическую крышку слива в своих руках, а потом на гнома.

— А крышку ты яйцами подопрёшь?

Алхимики из лавки судя по голосам уже заворачивали за первый угол переулка…

— Твою мать… — выругался Гном, которому не оставили выбора, и сиганул в люк вместе с попутчицей.

Хорошо, что крысюк готовил побег, обустроив внизу небольшой помост поверх потока нечистот, да ещё и с парочкой мешков тряпья. Помост затрещал, но выдержал вес парочки залётных беглецов. Места на самого Рика уже не хватало, потому он извернулся и умудрился упасть на один из двух бортиков канавы. Крышка люка звонко захлопнулась.

— Ползите сюда, пока в люк не заглянули...

Не хотелось омрачать радость от неожиданной встречи с Брадром руганью с мутантом и торчать в отстойнике, поэтому чародейка сбавила обороты и решила зайти с другого конца:

— Послушай, Рик, мы врагов не ищем. Мы друг друга только вот нашли спустя черт знает сколько времени и мои опасения, что ты натворишь делов под видом моего товарища, оправданы. Так поступил бы всякий друг. — Уже с ноткой извинения закончила она, неловко возвращая пустую флягу крысу.

— Умный бы спросил сначала, а потом разбрасывался добром.

Эрика благоразумно промолчала, хотя её так и подмывало снова влезть с едким комментарием.

— Твоё счастье, что с моей мордой этой дряни нужно варить в промышленных масштабах. — буркнул крыс, роясь в своей сумке в поисках другой фляжки с зельем, причём по локоть, хотя на вид, та максимум вмещала кисть…

— Так или иначе, начнём сначала. Нас ищут, наверняка уже всех троих. Лучший способ скрыться - перестать быть собой. Моё варево не копирует внешность, а делает представителем той расы, частица которого попала в зелье.

Крыс почесал левое ухо.

— Мне без этого, увы, никак. Первый встречный может тут же схватиться за вилы и даже не моргнуть. Вам - по желанию.

— Что скажешь, старина? — поинтересовалась полукровка. Брадр, кажется, был отнюдь не прочь обзавестись временным сородичем.

— Шо сказать, над впрячься за кры… э… милсдаря, он жеж нас из огня-то вытащил, — почесав жидкую бороденку, ответил гном. — Хватай волос, да подрапали отсюдава к еконой бабушке, а там ужо разберемся.

Эрика кивнула крысу на гнома и была готова уносить ноги из зловонного стока.

Крыс наконец откопал ещё бутыль оборотного зелья и без малейшего зазрения совести дёрнул новый волос, правда уже с виска.

Кинув его в сосуд, он энергично потряс его, пока содержимое не перестало шипеть и сделал два глотка.

— А ща зрелище не из приятных, слабонервных просьба отвернуться... Я серьёзно... — едва смог выдавить из себя Рик, прежде чем его скрутило от боли.

Суставы и кости хрустели, меняя положение, согласно почти гномьей биологии, шерсть выпадала клочьями и лоскутами, а морда с неприятным чавкающим звуком "эволюционировала" в гномью харю с короткой чёрной бородкой.

Через пару мгновений экзекуция закончилась и Рик уже в образе гнома стоял перед новыми спутниками. Его лицо очень отдалённо напоминало лицо Брадра, волосы и борода чёрные, гуще чем у Брадра, но жиже, чем у чистокровного гнома. Ручищи волосатые, рост тот же. На макушке плешь, глазёнки мелкие, карие. Эрика с любопытством наблюдала за метаморфозами, её, как мага жизни это очень заинтересовало, а потом она отвернулась, потому что новоиспечённый гном стоял без штанов. Те свалились, как только лопнул ремень. А выпавшая шерсть больше не прикрывала ни бесхвостый зад, ни остальные причинные места. Брадр во время превращения тихонько ругался и тоже отвёл взгляд.

Эрика протянула отстёгнутую от своего плаща фибулу, чтоб Рик мог закрепить свои портки.

— Лишнее — буркнул тот, достав из своей бездонной сумки и ремень, и сапоги, и накидку.

— У меня трёхмесячный запас этой шняги, неужели считаешь, что я не знаю, чем такие превращения заканчиваются?

Эрика пожала плечами и ответила:

— Веди, невыносим здешний дух уже.

— Иду, иду, не отставайте — отозвался алхимик, спрятав сумку и развернувшись в нужном направлении.

Некоторое время они брели по разветвлениям отстойника и выбрались наверх у городской стены, аккурат после того, как мимо прошёл патруль стражников.

— Наконец свежий воздух, мать его! — потянулся гном Брадр, после того, как они покинули туннели. — Это шо за часть города?

Он примерил стену пальцем, сделал пару шагов взад-вперед, пытаясь определить, с какой стороны они вышли.

— Окраина, за стеной город кончается. — молвил замаскированный зельем крыс.

— Да эт понятно… — смерив снисходительным взглядом «гнома» сказал Брадр, продолжая какие-то хитрые вычисления.

Эрика обтряхнула плащ, словно бы это помогло ей избавиться от вони канализации, огляделась и обратилась к Рику.

— Вроде тут в соседнем квартале есть забегаловка или путаю, а?

— А хер его знает, я в этой сраной Империи уже… скок там? Да черт с ним, в этих поганых городах так и не ориентируюсь. — ответил ей Брадр, подумав, что девушка обращается к нему.

— Ты это так называешь? — ехидно ухмыльнулся Рик.

— Да там натуральный рассадник ворья, шулеров и мордоворотов! Отвязное место!

— Согласна, местечко специфическое, но уж где-где, а там нас искать не будут. Идёмте, я угощаю. Компенсирую Рику его зелье.

– Быстрей, Скотт, поторапливайся, уже стемнело – недовольно проворчал мужчина, несущий крупный сундук за ручку-петлю с одной стороны.

– Да тут мрак, хоть глаз коли, толку спешить, если дело сделано – ответил ему второй, который нёс сундук за вторую ручку, осторожно пробираясь по зарослям ночного леса и тем самым тормозя первого.

– Не хорошее рассказывают про эту часть леса, потому Бугор и велел тут прикопать, чтоб неповадно было любопытным рыскать по окрестностям – боязливо ответил первый. Ему хотелось поскорее выполнить поручение и вернуться на тракт к лошадям.

– Ты, никак, в штаны наложил? – поддел первого второй.

– Заткнитесь, оба – велел третий, идущий с лопатой чуть впереди парочки с сундуком. Он ступал осторожно, вслушивался и всматривался в переменчивые тени в опустившейся тьме.

– За золотом бургомистра сюда не сунутся, будут искать в городе да пригороде. Большие деньги, обычно, сразу пускают в оборот – увещевал третий с лопатой.

Он остановился на крохотной треугольной прогалине меж трёх плотно растущих друг к другу деревьев. – Здесь – третий с силой всадил лопату в ещё мёрзлую по предвесенью землю. Затем принялся колдовать, присев и запуская в землю тонкие огненные струйки, похожие на лаву. От земли поднялся пар.

– Вы, оба, на чеку – предостерёг третий, занимаясь растопкой почвы для дальнейшей копки.

Первый нервно озирался, ему было беспокойно. Второй уселся сверху на сундук и зевнул. Третий закончил работу и всучил лопату второму. Не то, чтоб второй сильно сопротивлялся, но и перечить колдуну ему не хотелось. Принялся копать.

– Что это? Вы слышали? – раздался испуганный шёпот первого.

– Твои яйца сдрыснули, ветками шурша – подначил его второй, на мгновение отвлёкшись от копания.

Третий шикнул на обоих и, заготовив на пальцах заклинание, пошёл в небольшой патруль вокруг их прогалины по малому кругу, правда мгла стояла такая, что через пару метров его фигура уже слилась со стволами деревьев.

Первый дрожал, как осиновый лист, второй знай себе копал, третий исчез из виду. Тишина, едва пробивающийся лунный свет через затянутый ветвями полог. Внезапно мрак озарила огненная вспышка, а за ней еще одна. Слышался голос третьего, выкрикивающего заклинание. Первый тут же сдрейфил и бросился бежать. Второй выругался вслед первому, выскочил из ямы и перехватил лопату на манер дубины. Он намеревался оберегать сундук до конца и страха в нём не было. А зря. Всполохи стихли и голос третьего тоже. Вновь воцарилась тишина. Только стук сердца считал секунды у второго в груди. Только благодаря тому, что доверился животному инстинкту он успел ощутить, как нечто хищное метнулось в его сторону. Мужчина взмахнул лопатой, но лишь рассек воздух. Битва с тенью в темноте была недолгой. Острые клыки впились в шею второго, вены на которой бешено пульсировали от адреналина.

Невдалеке от злосчастной прогалины мирно и тихо меж деревьев стоял дом в несколько этажей с массивным фундаментом. Поместье это выглядело далеким от нормы изысканных особняков, а жильцы его и подавно.

Хозяин Дома внезапно обнаружил пропажу одного из своих подопечных. Ничего хорошего это не сулит…

Когда Рик перебирал с алкоголем, его крысиная сущность брала верх, проявляясь скорее в повадках, чем во внешности. Ведь крысы – создания социальные, и этот инстинкт не позволял ему оставить гостя голодным, пусть тот и не был его хвостатым сородичем. 

– Нашему товарищу не помешает подкрепиться! – воскликнул низкорослый алхимик с бородой цвета воронова крыла. 

– Корчмарь! Хлеба с сыром, да чего-нибудь забористого! 

Трезвый Рик вряд ли бы проявил такую щедрость, но сейчас, захмелевший до самых кончиков усов, он не обращал внимания на то, как тает содержимое его и без того не слишком толстого кошелька. Парень, казавшийся смущенным и взволнованным, попытался отказаться, нервно озираясь и делая попытки встать, но услужливый Брадр мягко усадил его обратно, продолжая прерванную беседу о конечностях земноводных Амалирра. Эрика слушала в пол уха, изредка кивая и продолжая методично обгладывать куриные косточки. Когда на столе появилась новая снедь, Рик решил, что пора внести разнообразие в разговор, устав от обсуждения скользких тварей. 

– Ну, рассказывай, кто ты, да откуда? – выпалил он без обиняков.

– Эээ, мы почти поик!нять что как, – пробурчал с заморским акцентом Брадр, смачно рыгнув. – Но это знак! Говори гость! 

Гильмо, казалось, совсем не ожидал такого внимания. Бледный, словно полотно, он нервно сглотнул, прежде чем произнести: 

– Гильмо, – голос его прозвучал глухо. Сперва им овладел страх, желание слиться с тенью, но затем, решив, что лучшее укрытие – на виду, он словно немного расслабился. 

– Я в городе уже давно, но вашу компанию вижу впервые. С каждым словом в его речи проступала всё большая уверенность. Серый взгляд Гильмо словно приглашал к ответному знакомству. 

– Ну, так мы и не местные, – ухмыльнулся темноволосый Рик, говоривший, в отличии от товарищей, на чистом тавантинском. – Но горе тому городу, что отворачивается от приезжих! – Он поднял толстый, словно сарделька, палец вверх. – Рик, будем знакомы, – и протянул свою волосатую гномью ладонь. В глубине души он отметил странное поведение паренька, но списал всё на неловкость момента, приправив изрядной долей хмеля. 

– Шо ты нэ родной, Гик!льмо! – Брадр с силой опустил свою деревянную кружку на стол, наполнив её до краёв. – Пей!ик! с нас! Здоровье!

Эрика, казалось, уже задремала, но тут же оживилась и, представившись Гильмо, коротко назвав своё имя и пожав руку. В момент прикосновения она почувствовала страх, бурлящий в его венах, и без обиняков спросила: – У тебя случиться нехороший? 

Гильмо вздрогнул и на мгновение замялся, прежде чем ответить: 

– Попал в передрягу этой ночью. – Он опустил взгляд, словно стыдясь своих слов.

– Ну, раз сам сюда доковылял, значит, не всё потеряно! – усмехнулся Рик. – А пока руки, ноги и голова на месте, любая передряга – всего лишь препятствие, которое нужно преодолеть! 

Гильмо обреченно вздохнул в ответ на слова алхимика. Эрика же не разделяла философского настроя крысолюда. То, что она почувствовала при касании, вызвало у неё сильное беспокойство, и она решила добраться до истины: 

– Что случись? Лицо твой белый мел. Ты видеть смерть будта?

Гильмо молчал, избегая взгляда, но затем, решив облегчить свою душу, облек свой страх в слова: 

– В Сильванском лесу нечто убило моих товарищей, а я сам едва унёс ноги.

Глаза Эрики расширились, и остатки хмеля мгновенно испарились. Девушка резко вскочила из-за стола, но тут же села обратно, поняв, что не решила, что делать дальше. Одно она знала наверняка: ей необходимо встретиться с Брэмом.

Последние слова Гильмо о ночном кошмаре в Сильванском лесу еще дрожали в пропитанном пивными парами воздухе трактира, когда Эрика решительно отставила кружку. Звон ударившейся о деревянную столешницу посуды прозвучал как сигнал.

– Брадр, мы идти, – твердо произнесла она, поднимаясь. Движение ее было легким и грациозным, несмотря на хмельное состояние полукровки. В глазах, сверкнувших холодком, читалась непоколебимая решимость.

Гном оторвался от ковыряния в своей бороде и вопросительно вскинул густые брови:

– Куда идти? Мы ик!сесть толька.

– Идти, говорить походу. – ответила Эрика, уже направляясь к выходу. 

Рик, успевший изрядно захмелеть и проникнуться симпатией к своим новым товарищам, неловко вскочил на ноги, едва не опрокинув табурет. 

– Эй, вы куда? А меня? А алхимики? Я с ними встречаться не желаю! – Его глазки по-крысиному забегали, полные растерянности и хмельной привязанности.

Встрепенулся и Гильмо, понуро сгорбившийся за столом:

– Постойте! Возьмите и меня с собой! – В голосе его звучал отчаянный страх. – Если я сейчас выйду на улицу один, парни из гильдии… они меня живьем с землей сравняют! – он резко замолк, поняв, что сболтнул лишнего, но он и без того сказал слишком много и решил отдаться на волю судьбы, почти с мольбой глянув на Эрику, решив, что она главная в этой компании.

Эрика остановилась и оценивающе посмотрела на перепуганного парня. Про какую гильдию он говорит? Случайная беседа, кажется, оказалась верхушкой айсберга с будущими неприятностями, которые можно попробовать предупредить.

– Идти с нас, Гильмо. Но говорить что как был ночь в лес. – Ответила ему полукровка и решительно через порог трактира на улицу.

Гильмо испугался и ему ни в коем случае не хотелось возвращаться на место ночной резни, но после, тяжело вздохнул и бросился вдогонку.  

– Постойте! Подождите меня! – он споткнулся о порог и, чуть не упав, поспешил следом за остальными. 

Они вышли из трактира на залитую утренним солнцем улицу. Миттенпорт просыпался, потягиваясь и зевая, как ленивый зверь. Рыночные торговцы уже разложили  свой товар, дети гоняли по мостовой обручи, а запах свежего хлеба смешивался с вонью нечистот.

Девушка уверенно повела компанию в сторону городских ворот, ведущих из города. Тяжёлые деревянные створы, обитые железом, были широко распахнуты, пропуская поток повозок и пешеходов. Впереди простиралась дорога, ведущая в сторону Сильванского леса.

Эрика, следом Рик и чуть погодя Брадр выбегают из узкого прогулка в квадратный тупик, над которым нависает тряпичный навес. В его тени, лицом к стене, на коленях стоит поникший Гильмо, он даже не обернулся на звук шагов. Эрика обменялась взглядом с Риком, чьи слова про гильдию приняла к вниманию и взглядом дала понять, чуть погодя мы вернемся к этой беседе, и поспешила к Гильмо, сев рядом и положив руку на его плечо.

— Что с твой? — спросила полукровка.

— А? — парень вздрогнул от прикосновения и прищурился, словно от неожиданно яркого солнца после долгого пребывания в темноте. — Н-ничего. Всё х-хорошо.

Ни от кого не скрылось, что Гильмо стучал зубами, хоть и старался скрыть это. Казалось, его знобило. Тело сводили резкие судороги. Затем он тряхнул головой и взял себя в руки.

— Всё нормально. Что вы тут делаете? — он без удовольствия осмотрел компанию, всюду следующую за Эрикой.

— Твой зад ищем, разумеется, сам говорил, в передрягу попал, не хватало чтобы пока ты с нами ещё коня двинул... — по-дружески хмыкнул чернобородый гном

— Ты бежать зачем! — недовольно бросил Брадр, отдышавшись. — За эта (он кивает в сторону Эрики) чертовая ладна ещё бежить, а за твой зад надо мне? ukarima*!

Эрика хотела помочь Гильмо подняться на ноги, но тот отмахнулся.

— Ты сказать гильдия. Ты бежать от один из гильдия?

— Я ни от кого не сбежал.

Эрика прищурилась и прихватив вырвавшего руку, отказываясь от помощи, Гильмо за грудки, прищучила его

— Ты врать! Видеть парень гильдия и бежать.

— Эй! Руки! — возмутившись, он добавил уже тише: — Стражник смотрит.

Но провести чутьё жизни полукровки у Гильмо не вышло, Эрика даже ухом не повела, прекрасно способная почувствовать приближение живого. 

— Ты идти со мной. — бескомпромиссно и твёрдо сказала она, после чего толкнула Гильмо вперёд, выпроваживая из закоулка. Но стоило только ноге парня ступить на широкую мостовую, он тут же пустился наутёк, а Эрика успела схватить лишь воздух. Сама не понимая, зачем, но явно чувствующая, что встреча эта не просто так и что Гильмо ей нкак нельзя упустить, девушка бросилась следом, позабыв о и без того запыхавшемся Брадре, которого оставила в компании Рика.

Погоня вышла не затяжной, Гильмо бросился в успевшую загустеть к полудню толпу на рыночной площади, а потом укрылся в одной из лавок. Эрика немного растерялась, когда вынырнула из плотного людского потока к улице пестрящей вывесками и хотела уже сконцентрироваться на магическом следе беглеца, как вдруг сердце её ёкнуло. Уверенным шагом к ней навстречу шёл Брэм Ливингстоун, вышедший из лавки редкостей, и под руку он вёл никого иного, как Гильмо, взгляд которого был напуганным и рассеянно бегал по сторонам. Эрика поймала себя на том, что улыбается, глядя на Брэма, и прихорашивающимся жестом заправила прядь волос за заострённое ушко, но тут же одёрнула сама себя, вновь став сосредоточенной, когда Ливингстоун уже подошёл к ней. Полукровка хотела бы бросится ему на шею, что-то щебетать про то, как она ужасно соскучилась, ведь они не виделись почти месяц, но она сдержала порывы, сохранив лишь тепло во взгляде 

— Здравствуй — негромко обратилась колдунья к вампиру на титланском и переведя взгляд на Гильмо, добавила. — Полагаю, нам есть, то обсудить?

* Титланское ругательство типа “Дьявольщина”.